Как писать стихи
Pishi-stihi.ru » Владимир Маяковский

«Венера Милосская и Вячеслав Полонский» В. Маяковский

Сегодня я,
                 поэт,
                         боец за будущее,
оделся, как дурак.
                             В одной руке –
венок
         огромный
                        из огромных незабудищей,
в другой –
                  из чайных –
                                       розовый букет.
Иду
      сквозь моторно-бензинную мглу
в Лувр.
Складку
             на брюке
                            выправил нервно;
не помню,
                платил ли я за билет;
и вот
         зала,
                 и в ней
                             Венерино
дезабилье.
Первое смущенье
                            рассеялось когда,
я говорю:
               – Мадам!
По доброй воле,
                          несмотря на блеск,
сюда
        ни в жизнь не навострил бы лыж.
Но я
       поэт СССР –
                             ноблес
                                         оближ!
У нас
         в республике
                              не меркнет ваша слава.
Эстеты
            мрут от мраморного лоска.
Короче:
            я –
                   от Вячеслава
Полонского.
Носастей грека он.
                              Он в вас души не чает.
Он
     поэлладистей Лициниев и Люциев,
хоть редактирует
                            и «Мир»,
                                          и «Ниву»,
                                                          и «Печать
и революцию».
Он просит передать,
                                 что нет ему житья.
Союз наш
                грубоват для тонкого мужчины.
Он много терпит там
                                 от мужичья,
от лефов и мастеровщины.
Он просит передать,
                                что, «леф» и «праф» костя,
в Элладу он плывет
                                надклассовым сознаньем.
Мечтает он
                  об эллинских гостях,
о тогах,
            о сандалиях в Рязани,
чтобы гекзаметром
                               сменилась
                                                лефовца строфа,
чтобы Радимовы
                           скакали по дорожке,
и чтоб Радимов
                         был
                               не человек, а фавн, –
чтобы свирель,
                         набедренник
                                              и рожки.
Конечно,
              следует иметь в виду, –
у нас, мадам,
                      не все такие там.
Но эту я
              передаю белиберду.
На ней
           почти официальный штамп.
Велено
           у ваших ног
положить
               букеты и венок.
Венера,
            окажите честь и счастье.
катите
          в сны его
                         элладских дней ладью…
Ну,
     будет!
               Кончено с официальной частью.
Мадам,
            адью! –
Ни улыбки,
                  ни привета с уст ее.
И пока
           толпу очередную
                                      загоняет Кук,
расстаемся
                   без рукопожатий
                            по причине полного отсутствия
рук.
Иду –
           авто дудит в дуду.
Танцую – не иду.
Домой!
            Внимателен
                                и нем
стою в моем окне.
Напротив окон
                       гладкий дом
горит стекольным льдом.
Горит над домом
                            букв жара –
гараж.
Не гараж –
                   сам бог!
«Миль вуатюр,
                        дё сан бокс».
В переводе на простой:
«Тысяча вагонов,
                            двести стойл».
Товарищи!
                 Вы
                      видали Ройльса?
Ройльса,
              который с ветром сросся?
А когда стоит –
кит.
И вот этого
                  автомобильного кита ж
подымают
                 на шестой этаж!
Ставши
             уменьшеннее мышей,
тысяча машинных малышей
спит в объятиях
                          гаража-колосса.
Ждут рули –
                      дорваться до руки.
И сияют алюминием колеса,
круглые,
              как дураки.
И когда
            опять
                     вдыхают на заре
воздух
           миллионом
                              радиаторных ноздрей,
кто заставит
                    и какую дуру
нос вертеть
                   на Лувры и скульптуру?!
Автомобиль и Венера – старо-с?
Пускай!
            Поновее и АХРРов и роз.
Мещанская жизнь
                             не стала иной.
Тряхнем и мы футурстариной.
Товарищ Полонский!
                                 Мы не позволим
любителям старых
                               дворянских манер
в лицо строителям
                               тыкать мозоли,
веками
           натертые
                          у Венер.

Дата создания: 1927 г.

Рубрики стихотворения: Длинные стихи


Лермонтов был арестован за стихотворение «Смерть поэта», написанное после гибели А. С. Пушкина. Текст назвали антиправительственным. От ссылки на Кавказ его спасло только вмешательство бабушки.

Друзья подшучивали над Лермонтовым за слабость к еде. Однажды товарищи даже угостили его булочками с древесными опилками. Поэт сначала не заметил ничего подозрительного и успел съесть несколько штук. Когда все выяснилось, он сильно обиделся.

Маяковский не здоровался за руку (в крайних случаях использовал платок). Причина: отец поэта умер от сепсиса, после укола булавкой.


Смотри также:



pishi-stihi.ru - сегодня поговорим о стихах