Как писать стихи
Pishi-stihi.ru » Кондратий Рылеев

«Дума 1. Владимир Святый» К. Рылеев

      Ни гром побед, ни звуки славы,
Ничто Владимира утешить не могло,
      Не разъясняли и забавы
Его угрюмое и мрачное чело…

      Братоубийством отягченный,
На светлых пиршествах сидел он одинок
      И, тайной мыслию смущенный,
Дичился радостей, как узнанный порок.

      Напрасно пение Бояна
И рокот струн живых ласкали княжий слух, –
      Души не исцелялась рана,
И всё тревожился и тосковал в нем дух!

      Однажды он с привычной думой,
На длань склонен главой, уединясь, сидел
      И с дикостью души угрюмой
[На вновь] воздвигнутый Перунов лик глядел.

      Вокруг зеленого кургана
Толпами шумными на теремном дворе
      Народ кипел у истукана,
Сиявшего, как луч, и в злате и в сребре!..

      «Перун! твой лик я здесь поставил, –
Вещал страдалец князь. – Мироправитель бог!
      Тебя я всех признать заставил
И дуб, священный дуб перед тобой возжег! а

      Почто ж не укротишь волненья
Обуреваемой раскаяньем души!
      Увы! ужасные мученья
Меня преследуют и в шуме и в тиши.

      Молю у твоего кумира:
Предел страданиям душевным положи, –
      Пересели меня из мира
Или по-прежнему с веселием сдружи!»

      Вдруг видит старца пред собою!
Почтенный, важный вид: спокойствие в чертах,
      Брада до чресл седой волною,
Кудрями волосы седые на плечах.

      На посох странничий склоненный,
В десной распятие златое он держал;
      И в князя взор его вперенный
На душу грешника смятенье проливал…

      «Кто ты?» – Владимир с изумленьем
И гласом трепетным пришельца вопросил.
      «Посол творца! – он рек с смиреньем, –
Ты бога вышнего делами прогневил…

      Ни в Чернобоге, ни в Перуне,
Ни в славе, ни в пирах Владимиров покой;
      Его ты, грешник, жаждешь втуне:
Как за добычей вран, так совесть за тобой!..

      Но что, о князь, сии терзанья!
Тебя, отверженец, ужаснейшие ждут!
      Наступит час – ценить деянья!
Воскреснут мертвые! Настанет Страшный суд!

      И суд сей будет непреложен, –
Твое могущество тебя не защитит!
      Там раб и царь равно ничтожен –
Всевышний судия на лица не глядит.

      Пред ним угаснет блеск короны!
И князю-грешнику один и тот же ад,
      Где вечный скрежет, плач и стоны
С рабами низкими властителя сравнят!»

      Так говорил пришлец священный,
И пылкий, яркий огнь в глазах его блистал,
      И князь, трепещущий, смятенный,
Лия потоки слез, словам его внимал!..

      «О, чем же я избегну ада?..
Наставь, наставь меня!.. – Владимир старцу рек:
      Из твоего читаю взгляда,
Что ты, таинственный, спасти меня притек!..»

      «Крести себя, крести народы! –
В ответ вещал святой, – и ты себя спасешь!
      И славу дел из рода в роды
С благословением потомства перельешь!

      Тогда не ад, блаженство рая
И вечность дивная тебя, Владимир, ждут,
      Где сонмы ангелов, порхая,
Пред троном вышнего твой подвиг воспоют!»

      «Крести ж, крести меня, о дивный!» –
В восторге пламенном воскликнул мудрый князь…
      Наутро звук трубы призывный –
И рать Владимира к Херсону понеслась…

      На новый подвиг, с новым жаром
Летят дружинами с вождем богатыри,
      Зарделись небеса пожаром,
Трепещет Греция и гордые цари!..

      Так в князе огнь души надменной,
Остаток мрачного язычества горел:
      С рукой царевны несравненной
Он веру самую завоевать летел…

(Думы, не вошедшие в отдельное издание), 1822 или 1823



pishi-stihi.ru - сегодня поговорим о стихах