Как писать стихи
Pishi-stihi.ru » Анализ стихотворений, Владимир Маяковский

«Тамара и демон» В. Маяковский

От этого Терека
                             в поэтах
                                            истерика.
Я Терек не видел.
                                Большая потерийка.
Из омнибуса
                       вразвалку
сошел,
             поплевывал
                                   в Терек с берега,
совал ему
                   в пену
                               палку.
Чего же хорошего?
                                   Полный развал!
Шумит,
             как Есенин в участке.
Как будто бы
                        Терек
                                    сорганизовал,
проездом в Боржом,
                                     Луначарский.
Хочу отвернуть
                            заносчивый нос
и чувствую:
                    стыну на грани я,
овладевает
                     мною
                               гипноз,
воды
          и пены играние.
Вот башня,
                   револьвером
                                            небу к виску,
разит
           красотою нетроганой.
Поди,
           подчини ее
                                преду искусств –
Петру Семенычу
                               Когану.
Стою,
           и злоба взяла меня,
что эту
             дикость и выступы
с такой бездарностью
                                        я
                                           променял
на славу,
                рецензии,
                                  диспуты.
Мне место
                   не в «Красных нивах»,
                                                           а здесь,
и не построчно,
                            а даром
реветь
             стараться в голос во весь,
срывая
              струны гитарам.
Я знаю мой голос:
                                паршивый тон,
но страшен
                     силою ярой.
Кто видывал,
                       не усомнится,
                                                что
я
   был бы услышан Тамарой.
Царица крепится,
                               взвинчена хоть,
величественно
                           делает пальчиком.
Но я ей
              сразу:
                         – А мне начхать,
царица вы
                   или прачка!
Тем более
                    с песен –
                                       какой гонорар?!
А стирка –
                     в семью копейка.
А даром
                немного дарит гора:
лишь воду –
                        поди,
                                  попей-ка! –
Взъярилась царица,
                                    к кинжалу рука.
Козой,
            из берданки ударенной.
Но я ей
              по-своему,
                                 вы ж знаете как –
под ручку…
                     любезно…
                                        – Сударыня!
Чего кипятитесь,
                              как паровоз?
Мы
       общей лирики лента.
Я знаю давно вас,
                                мне
                                       много про вас
говаривал
                  некий Лермонтов.
Он клялся,
                   что страстью
                                           и равных нет…
Таким мне
                   мерещился образ твой.
Любви я заждался,
                                 мне 30 лет.
Полюбим друг друга.
                                     Попросту.
Да так,
            чтоб скала
                               распостелилась в пух.
От черта скраду
                             и от бога я!
Ну что тебе Демон?
                                    Фантазия!
                                                      Дух!
К тому ж староват –
                                      мифология.
Не кинь меня в пропасть,
                                             будь добра.
От этой ли
                   струшу боли я?
Мне
        даже
                  пиджак не жаль ободрать,
а грудь и бока –
                               тем более.
Отсюда
               дашь
                         хороший удар –
и в Терек
                  замертво треснется.
В Москве
                 больнее спускают…
                                                    куда!
ступеньки считаешь –
                                         лестница.
Я кончил,
                 и дело мое сторона.
И пусть,
              озверев от помарок,
про это
             пишет себе Пастернак,
А мы…
             соглашайся, Тамара!
История дальше
                             уже не для книг.
Я скромный,
                      и я
                            бастую.
Сам Демон слетел,
                                  подслушал,
                                                      и сник,
и скрылся,
                   смердя
                                 впустую.
К нам Лермонтов сходит,
                                            презрев времена.
Сияет –
                 «Счастливая парочка!»
Люблю я гостей.
                             Бутылку вина!
Налей гусару, Тамарочка!

<1924>

Анализ стихотворения Маяковского «Тамара и демон»

Автор, охотно поддерживавший репутацию поэтического нигилиста, обращается к известной романтической теме демонианы, которая в русской традиции связана прежде всего с лермонтовским наследием. На демонстративный характер интертекстуальных связей указывает название произведения 1924 г.

С первых строк проявляется особая позиция лирического героя, для характеристики которой больше подходит слово «поза» – нарочито панибратская, уверенная и беспардонная, балансирующая на грани художественного вкуса.

Кажется, что для лирического субъекта не существует преград и авторитетов. Едва ступив на кавказскую землю, он избирает первый предмет для своих нападок – воды знаменитого Терека. Интересно символическое наполнение природного образа: в Тереке герой видит один из атрибутов отрицаемого прошлого и объект поклонения женоподобных, склонных к истерикам поэтов. Запоминающийся жест, когда палка гостя неучтиво пронзает бурный поток, трактуется как действие, направленное на попрание исторических авторитетов, а также намекает на сексуальный подтекст эпатирующего поведения.

Однако магия «красоты нетроганой», свойственная культовому для русской лирики месту, берет свое. С язвительным, заносчивым и неисправимым бунтарем происходит удивительная метаморфоза: он цепенеет, будто в гипнозе, и осознает ничтожность «славы, рецензий, диспутов». Истинному творцу необходимо черпать вдохновение здесь, среди «дикости и выступов», а не в шумных московских редакциях, погрязших в бюрократии и мелких интригах. Прибегая к оригинальной форме и художественной манере, Маяковский вносит свою версию в трактовку вечной темы предназначения поэтического дара. Момент неожиданного прозрения – кульминация, своеобразная вершина сюжета, подобная горным хребтам, между которых протекает загадочный и притягательный Терек.

Дальнейшее лирическое повествование вновь «сползает» в область, изобилующую балаганными деталями в духе народной смеховой культуры. Поскольку герой решает осесть на новом месте, он знакомится со здешними обитателями – царицей Тамарой, Демоном и Лермонтовым. Молодой и нахальный поэт, олицетворяющий современность, быстро становится хозяином положения: он сближается с прекрасной грузинкой, изгоняет «староватого» духа тьмы, приглашает в гости классика, попутно разжалованного в гусары. В основе структуры трех культовых образов лежит прием снижения, впитавший традиции фольклорного театра и характерный для пародийно-сатирического метода Маяковского.

Метки:

Анализы стихотворений:
Ахматова; Бальмонт; Бродский; Брюсов; Бунин; Гумилев; Заболоцкий; Маяковский; Пастернак; Твардовский
И не только:
Апухтин; Баратынский; Батюшков; Белый; Блок; Вяземский; Державин; Есенин; Жуковский; Кольцов; Крылов; Лермонтов; Ломоносов; Майков; Некрасов; Никитин; Полонский; Пушкин; Суриков; Толстой; Тютчев; Фет; Хлебников; Цветаева; Языков.

pishi-stihi.ru - сегодня поговорим о стихах